Отец постарался перейти на философский тон.

— Дорогой мой, каждому в мире отпущена своя доля. И если мне написано судьбой быть не шаландой, а большим кораблем, то я обязан им быть.

— И грузишь, грузишь трюмы. А зачем? У тебя ведь и так все есть. Оставил бы что-нибудь и другим.

— А я и оставляю! — рявкнул отец. — Многим! В том числе и тебе! Чтобы ты не знал нужды, не пресмыкался перед всякой сволочью, а стал в жизни хозяином!

— Хозяином станет Шурик, — вспомнил Костя старшего брата. — У него все данные.

— И ты сможешь, если захочешь!

— А зачем? — Он сказал это спокойно. Отец же решил, что сын издевается.

— Если ты еще раз скажешь это дурацкое слово, я дух из тебя вышибу!

— Ладно, — покладисто отозвался Костя. — Но я все же скажу еще раз. Зачем прогнал Вадима?

— Вот оно что! Будешь указывать, каких я должен тебе выбирать охранников?