— Зато ты ужасно умный! И-зо-бре-та-тельный. Вашек выговорил совсем уже тихо.

— Ну пожалуйста. Если хочешь, я ее сломаю. А снимки сотру. Я не хотел говорить раньше времени. Потому что думал: тебе в подарок.

— Мне аб-со-лютно не нужны никакие подарки! — заявила Белка и пошла одеваться.

А внутри у нее все уже болезненно звенело: что же она такое наделала! Было так хорошо на свете, и вдруг. Он же правда не хотел ничего такого. Он же правда в подарок. Небо потускнело над Институтскими дворами. И впору было кинуться назад: "Вашек, не обижайся, я это сгоряча! Потому что растерялась!.." Но другая Белка (элизобетонная!), которая иногда оживала в ней, сказала вредным голосом: "С какой стати! Он будет позволять себе всякую дурь, а ты бегать за ним?" И Белка пошла прочь.

И в одиночестве болталась по Институтским дворам, стараясь не слышать разносившиеся по всем закоулкам вопли и визги купавшейся малышни. Долго быть в такой тоске и потерянности она не могла. Надо было принимать какие-то решительные и необычные меры. И она пошла назад к бассейну, чтобы найти Костю. А он сам шел навстречу. Неужели что-то почуял?