Существо хрипловато, ворчливо, но не сердито выговорило.

— Ну, пришел наконец. Вот и ладно. А то я все один, да один. Узнал меня?

— Не-а: — на всякий случай отперся Драчун.

— Ну как же "не-а", — огорчилось существо. — Лихо я. Лихо Тихоныч Одноглазый. Который жил у вас раньше под кроватью. Лизавета меня выдумала, вот я и появился на свет. Да я бы долго не протянул, кабы ты в ту пору про меня не вспоминал то и дело. Такие, как я, на свете живут, покуда про нас кто-то помнит. Помнил ты, конечно, не по-хорошему, ну да все-таки.

— А почему вы сказали, что вы одноглазый? — спросила Дашутка. Кажется, она удивлялась меньше Драчуна, хотя и не понимала, что к чему. — У вас же два глаза.

— А второй-то, махонький, я уже тут вырастил. Чтобы это, значит: наладить стереоскопичность зрения. А боялся ты меня, Андрюшенька, зря. Я-то все ждал-мечтал: вот заберешься ты ко мне под кровать, познакомимся мы, будем жить душа в душу. А ты. Да я это не в упрек, ты еще несмышленыш был, чего с такого возьмешь.