— Ох, а Тюпы-то нет! — спохватилась Белка. — Дверь-то как откроем?

— Может, она осталась открыта? — с испугом и надеждой сказал Драчун. — А то мы до болотца не доберемся и к вечеру.

К счастью, дверь и правда оказалась не заперта. Потянули — отошла. Знакомый путь показался теперь коротким, потому что шли быстрым шагом. Вот и светящееся зеленью окно. Вот и песчаный пятачок.

На песке суетливо прыгали и галдели десятка два лягушат в коронках. Драчун быстро присел на корточки. Как он разобрал их бестолковое кваканье и чириканье, непонятно, однако почти сразу сказал.

— Федя лапку повредил. То ли сломал, то ли вывихнул. Федя лежал у самой воды на листе кувшинки. Кверху брюшком. Брюшко было не лиловое, как спинка, а серовато-голубое. Оно часто вздрагивало. Одна задняя лапка нелепо торчала в сторону. Выпуклые глазки были прикрыты, из-под пленчатых век выкатывались крохотные слезинки. Лягушата столпились вокруг и загалдели снова.