Казалось бы, зачем тогда воровать этих несчастных шахматных коньков, себе и другим жизнь портить, а он все равно.

Вот: вчера отыскала: — Шахматный конь был крупный, поблескивал коричневато-желтым деревом — сразу видно: каким-то непростым, нездешним (может, пальмовым?

Казалось бы, зачем тогда воровать этих несчастных шахматных коньков, себе и другим жизнь портить, а он все равно.

На главную




Страница 42

— Мама: — тихо возликовал на траве Сёга.

И Ваня обрадовался.

— Мама!.. А почему ты? Я папе звонил.

— А он мне. У них там ни одной свободной машины и какие-то проблемы в придачу: — Она согнулась над Сёгой. — Ты что это, голубчик, опять вздумал фокусы выкидывать?

Сёга забавно сморщил переносицу.

— Я больше не буду.

— Горюшко мое: — мама-врач распахнула саквояж, достала блестящую коробку, протянула подскочившему Ване, вздернула на Сёге до отказа коротенькую штанину. Ваня тоже действовал быстро и ловко: ватка со спиртом, шприц. Сёга следил за ними безбоязненно: видимо, все это было привычно. Даже не ойкнул.

Сделав укол, мама хотела подхватить Сёгу на руки.

— Поехали, дружок.

— Мама, дай я отнесу его.

Но в этот момент через газон с шумом прошагал крепкий дядя в форменный фуражке. Водитель "Волги".

Страница 42