У него с давней-давней поры, когда еще с родителями жил, всегда была при себе маленькая шахматная лошадка, вроде как талисман.

Не за себя, а: вот если сейчас правда случится самое жуткое и если останутся от Сёги только шахматные коньки, тогда как нам жить?

Тогда никто еще не знал, что через много лет шахматные лошадки, изготовленные знаменитым скульптором Вячеславом Горватовым, станут антикварными ценностями.

На главную




Страница 46

Ваня, кажется, не заметил ее смущения. Поскреб мобильником подбородок и ворчливо сказал.

— Велено гулять. Тебе в какую сторону?

— На Дальнополянскую, потом через Институтские дворы под башню, на Рылеева.

— Пойдем тогда вместе: если хочешь.

Белка хотела. Она почему-то даже очень хотела, но в ответ лишь сдержанно кивнула. Впрочем, не очень сдержанно. По крайней мере, едва не слетели очки.

С улицы Строителей Белка и ее спутник свернули в Корнеевский переулок. Шагали рядышком и неловко молчали. Через два квартала оказались в заросшем проходе, который вел на Дальнополянскую.

— Не бойся, здесь крапива не жгучая, просто как лебеда, — сказала Белка, довольная, что есть о чем сказать.

— Да знаю я! — обрадованно отозвался мальчик Ваня. — Мне здесь все хитрости известны. Ну, не все, а многие.

— А я ничего не знала. Я сегодня в этих местах первый раз оказалась. А раньше думала, что здесь все еще запретная зона.

Страница 46