Казалось бы, зачем тогда воровать этих несчастных шахматных коньков, себе и другим жизнь портить, а он все равно.

Не за себя, а: вот если сейчас правда случится самое жуткое и если останутся от Сёги только шахматные коньки, тогда как нам жить?

Зная одну вашу склонность, я совершил, может быть, несолидный, но извинительный поступок: провел ревизию шахматного набора в малом читальном зале: и вот, прошу.

На главную




Страница 50

— А где вода-то? — огорчилась Белка.

— Вода вон там. Ты посиди: — Мальчик Ваня заботливо усадил Белку на ограждение бассейна, взял платок и убежал. Белка издалека разглядела, что недалеко от арки вделана в кирпичи мраморная розетка, из которой выбивается изогнутая струйка. Вода падала в каменный желоб, который кончался у решетки водостока. Ваня намочил платок, прибежал.

— Вот. Где больнее всего?

Белка приложила очень холодную тряпицу к месту, которое недавно болело (а теперь уже не болело). Натянула носок-гольф. Он промок, но это была ерунда.

— Спасибо.

— Ты сразу не вставай, надо посидеть минут пятнадцать. А я пока вот это: — Он вынул из кармана мобильник, понажимал.

— Мама? Это я. Да ничего я не нервничаю, просто так позвонил. Как он там?.. Ну и ладно. Пока.

Ваня щелкнул крышкой телефона, погрузил его в недра "военно-патриотических штанов", смущенно объяснил Белке.

Страница 50