Белка, старательно подбирая слова, повторила по-французски (правда, слово "перезреет" не вспомнила и сказала "лопнет").

— О нет, — отозвался Мишель. — Это не есть правильный финаль.

Они не поссорились. И вполне по-приятельски попрощались, когда через три дня Белка отправилась домой. И потом случалось даже, что переписывались по е-мейлу (Белка — в основном для тренировки в языке). Но встречаться с неудачливым бойфрендом Белку вовсе не тянуло.

И вообще не тянуло в Канаду.

Почему?

Конечно, она и вправду побаивалась лететь опять через океан, но не так уж сильно. И к образу жизни в доме Дюма она к концу зимних каникул вполне притерпелась (хватило юмора). И понимала, что там ожидает ее немало интересного. Но: что-то необъяснимое (такое же необъяснимое, как звонкие щелчки пространства) заставляло говорить "нет". Словно кто-то шептал: "Не надо, Белка. Уедешь — многое потеряешь". Шепот был неясный, и при желании ничего не стоило отмахнуться. Но: желания не было.