На белом пластике столика забытым Алисой угольком я воспроизвожу упоминания о шахматах, которые встретились мне за последние пару дней.

Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

На белом пластике столика забытым Алисой угольком я воспроизвожу упоминания о шахматах, которые встретились мне за последние пару дней.

На главную




Страница 114

Женский голос: Ну и что? Мне плевать на полосы, мне просто скучно.

DJ: Скучно?

Женский голос: Скучно существовать.

DJ: Думаешь, станет веселее, если ты умрешь?

Женский голос: Может. Глупый разговор. Я не знаю, как объяснить, почему я это делаю. Я и не собиралась ничего объяснять. Извините, что позвонила.

DJ: Подождите!

Короткие гудки.

DJ: Да. Такой вот звонок. Надеюсь, она шутила. После рекламы — Мадонна. Все вы знаете эту песню.

— Она шутила? — спросил Шагал, покачивая бутылкой в такт музыке из рекламного ролика.

— Не знаю, — ответил Роден. — Я смотрел милицейскую сводку за ту ночь. В городе произошло восемнадцать самоубийств — нереальная цифра для Киева. Больше половины самоубийц — молодые девушки. Возможно, одна из них и звонила на радио.

— Она не смогла объяснить, почему она это делает, — сказал я.

Страница 114