Пикассо выхватил свой пистолет и застрелил помидора, почти не замедляя бег. Я не заметил, как мы оказались в машине.

— Ты весь дрожишь, — сказал мне Пикассо. Он сжимал руку в том месте, где она кровоточила.

— Я тоже перевозбудился, когда оказался на охоте в первый раз, - признался Роден. — Как ты, Пабло?

— Отлично, — ответил Пикассо. — Заедем к Сарьяну?

— Конечно.

— Сарьян — наш лечащий врач, — объяснил мне Пикассо, и мы прибавили скорости.

Веселые танцы

Пикассо отправился к доктору Сарьяну, который был примечателен хотя бы тем, что принимал в любое время дня и ночи. Миро вызвался сопровождать раненого. Мы с Роденом остались возле машины.

— А где Ван Гог? — спросил Роден. — Почему ты не с ним?

Не успел я ответить, как Огюст уже набирал телефонный номер.

— Винни, привет! Ты где?.. Тебе привет от Альбрехта Дали. Почему ты его бросаешь одного?... Я, Роден и Пикассо... Ну и Альбрехт. Мы возле клиники Сарьяна... Ничего не случилось. Пикассо легко ранили... Нет, с Альбрехтом все в порядке. Хотя постой... Почему ты хромаешь, Альбрехт? Ты не ранен?... Нет, с ним все в порядке... Хорошо, что ты рядом, подъезжай, мы ждем.