Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

На главную




Страница 77

— Ты еще что-то хотела мне сказать?

Мой голос звучит в ее спальне слегка неестественно — в первый раз.

— Ты — не брат Дали, — отвечает она. — Тогда кто ты?

Интимные особенности шахматистов

— Откуда мне знать, как она это поняла? Я думаю, она тебя на пушку брала, а ты повелся.

— Я не повелся, — отвечаю. — Я просто встал, оделся и ушел.

Два часа дня. Мы сидим в небольшом суши-баре. Перед Ван Гогом кроме фарфоровой посуды стоит мой нотбук с отчетом о встрече с Яблонской.

— У Дали член был очень большой. А ты, видно, в этом плане на его брата не потянул, — слова Дали звучат как приговор.

— У меня тоже не самый маленький член, — пытаюсь оправдаться я. - Больше среднего, я думаю.

— У него был очень большой. Я в бане видел. Ты себе такие размеры и представить не можешь.

Страница 77