Казалось бы, зачем тогда воровать этих несчастных шахматных коньков, себе и другим жизнь портить, а он все равно.

Не за себя, а: вот если сейчас правда случится самое жуткое и если останутся от Сёги только шахматные коньки, тогда как нам жить?

Профессор закивал и мельком вспомнил, что этот мальчик будто бы коллекционирует шахматных лошадок.

На главную




Страница 396

— Чего ты так долго? Мама знаешь как нервничала.

— Ох уж эти женщины, — засмеялся папа. — Но мы-то с тобой мужчины, у нас нервы крепкие, да?

— Да, — сказал Костя, пряча намокшие глаза.

Папа сырыми ладонями подхватил его, прижал и понес к стоянке.

:Время тянулось, и Костя пропускал его через себя, как сквозь плотный фильтр, покорно и терпеливо. Он не хотел, чтобы оно, это время, кончилось. Потому что в конце: он знал, что.

Но наконец он не выдержал, шепотом спросил у Вадима.

— Никакой надежды, да?

— Кот: я откуда знаю. Но сестра, с которой я говорил, сказала прямо: "Подготовьте мальчика". Видишь, я не скрываю. Кот, ты ведь крепкий парень, я знаю. Ты держись.

— Я держусь, — выговорил Костя. — Только: теперь я, значит, буду окончательно один.

— Один ты не будешь: — Вадим взял его за плечо, притянул. — Не будешь. Это я тебе: клянусь.

Страница 396