— Это что же ты такое говоришь, глупая птаха! — Лихо Тихоныч всплеснул тряпичными лапами. — "Прогонишь"! Вот кабы не рука твое пораненная, дал бы тебе шлепка, чтоб не вздумал больше такие слова тут говорить!

Владик рассыпчато засмеялся, завертел головой на тонкой шее.

— Дядя Лихо, я больше не буду. Жалко, что гармошку потерял. А где моя шапка?

— Вот она, твоя шапка: — И мохнатое "воронье гнездо", такое же, как у Лихо, вмиг оказалось на голове Владика. Лихо Тихоныч глянул с удовольствием: — Теперь ты совсем как раньше. Ты и летом с ей, с шапкой-то, не расставался, а для зимы она и совсем в самый раз. Надо тебе еще теплую одежку, чтобы гулять по снегу-то, не продрогнуть. Тоже вот забота: где взять?

— А! Ребята раздобудут, — беззаботно откликнулся Владик. — И гармошку новую я достану. Я, дядя Лихо, знаешь что? Наверно, в школу запишусь, в тот класс, где Дашутка. А чего без дела сидеть?