— А приступы так и продолжались.

— Та-а. Не часто но случались.

— А ты: еще раньше умел снимать боль? Или научился, когда с ним пришлось.

— С ним. И не сразу: — Вашек опять глянул на нее, отвернулся. — Белка: если бы ты знала, какая я сперва был сволочь.

Уже потом Белка размышляла и гадала: с чего мальчик Вашек стал ей, незнакомой девчонке, рассказывать про невеселые семейные дела? Будто всего себя наружу. Может, почуял родственную душу, когда вместе вытягивали боль из Сёги? Или: такое было свойство у этих мест, что люди тут делались откровеннее и добрее?.. Но эти мысли были потом, а тогда ей казалось обыкновенным, что вот сидят они вдвоем посреди каменной старинной площади, на солнцепеке (тень от стен не достигала сухого бассейна), и она слушает с печалью и тревогой, а он говорит горько и откровенно.