— Знаешь, Белка, я же его сперва терпеть не мог. Ну как же, был единственный сын у мамы и папы, а тут вдруг появляется какой-то недоразвитый дохлячок с улицы. Да еще припадочный. Молчит все время, только вздрагивает, если громко окликнешь, моргает. А если говорит, то больше шепотом. И не умеет ничего. А ему — все внимание. "Понимаешь, Вашек, он же младше тебя. И у него такое состояние. Мы должны. И ты должен:"

Ну и что? Думаешь, я его обижал или как-то показывал, что не терплю? Да ни чуточки! Делал вид, что "да, все пониманию". Ни разу плохого слова не сказал. Если что-то спросит, вежливо так отвечаю. Если надо с уроками помочь — пожалуйста, улыбаюсь даже. Но внутри все скручивается. Он, конечно, это чувствовал, поглядывал так, загнанно. И мама все это понимала. Но ведь снаружи-то все было благополучно, никаких ссор. А папе, наверно, казалось, что и в самом деле все хорошо, он с головой был в своей хирургии, с утра до ночи.