— Да уж! — откликнулся Вашек (и на этот раз в слове "да" не было мягкой растянутости, скорее так: "Т-та уж"). — Веди давай. Мы их тут ох как испугались.

Два мальчика — один ростом с Вашека, другой поменьше — развернули пленника и подтолкнули в спину.

— Гуляй, "кандеевский", не топчи тут больше.

И: "кандеевский", съежив плечи, пошел. Все молча смотрели ему вслед. И растрепанный Юрчик смотрел — он уже обмяк и дышал без прежней запальчивости. И Белка смотрела. И: шевелилось в ней ощущение, что так нельзя. Надо что-то сделать, иначе день поскучнеет и сказка здешних мест съежится, превратится в пыльную обыкновенность.

Сделали Сёга и Чебурек. Сёга подскочил к Чебуреку, что-то прошептал, а тот осторожно взял у стоявшей рядом рыжей девочки самолетик (она не спорила). Вдвоем они догнали "кандеевского". Сёга молча встал перед ним — расставил прямые ноги и склонил набок белую голову. А Чебурек протянул мальчишке самолетик.