— Завтра утром я уеду на три дня, — сообщил я. — Может быть, не вернусь.

— Ты так просто об этом говоришь, — замечает она.

Что я мог ей ответить? Прошла ночь, о чем будильник возвестил в девять, и вместе с утром появилось решение.

— Давай сделаем ребенка, — предложил я Мухиной, разбудив ее нежно, насколько мог.

— Зачем? — отвечает Вера, даже не взглянув на меня сонными глазами.

— Вера, у меня слишком мало времени, — говорю я. — Я не могу сейчас объяснять, зачем нужны дети. Я тебе потом расскажу, если получится.

Мухина начинает понимать, что насчет ребенка я говорю серьезно, и садится на кровати.

— Ты серьезно? — зачем-то спрашивает она.

Да, Вера, я серьезно.

Она отталкивает меня. Более резко, чем я мог ожидать.

— Альбрехт, мне кажется, из-за больших количеств кокаина ты сошел с ума, — выносит она приговор. — Ребенок от тебя — это совсем не то, что мне нужно. Тем более, сейчас.