Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

На белом пластике столика забытым Алисой угольком я воспроизвожу упоминания о шахматах, которые встретились мне за последние пару дней.

Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

На главную




Страница 175

— Привет. Можно зайти?

Заходит.

— У меня точно такая же комната, — сообщает она. — Даже картинка на стене такая же.

— Ты разве не с Яблонской живешь?

Она смотрит на меня удивленно и объясняет:

— Здесь живут только по одному человеку в комнате. Такие правила. Да я с ней жить и не стала бы. Ну ее. Я решила к ней относиться так же, как она ко мне — рав-но-душ-но.

— Получается?

— Пока не очень, — отвечает, подумав.

Чего она хочет от меня? Ей просто скучно или, наоборот, просто интересно?

Мы молчим.

— Я хотел поговорить с Татьяной еще вчера, — заполняю я паузу, — но до сих пор не получилось. Мне кажется, она меня избегает.

— А о чем ты с ней хотел говорить? — любопытный ребенок.

— О ее исчезновении, о мнимой смерти. Я переживал то, что случилось с ней. Вернее, то, чего, слава Богу, не случилось.

Страница 175