— Какой ты чувствительный, Альбрехт! — язвительно замечает Алиса. — Или ты влюбился в Татьяну? Признавайся! Знаю, в нее не сложно влюбиться.

Нет, я не люблю Яблонскую.

— А кого ты тогда любишь?

— Ребенка. У меня будет ребенок. Его я люблю заранее и по-настоящему.

Девочка фыркает — она думает, что я шучу.

— А ты? — спрашиваю я.

— Что я?

— Ты кого любишь?

— Кого попало. Мне все равно, кого любить, лишь бы любить. Я и в тебя могу влюбиться, если хочешь.

Я внимательно разглядываю ее — сейчас Алиса кажется мне совсем другой, не избалованной нимфеткой, а милым циником на заре собственного цинизма.

— Что произошло с Яблонской в клубе? — меня действительно это интересует.

— Убили девушку-двойника, — ответила Алиса. — Перед концертом должно было проходить шоу ее двойников, а убийца, по-видимому, об этом не знал. После этого убийства Татьяна спряталась за городом, скрылась от всех. Никто кроме ее продюсера, Малевича и меня не знал, что Яблонская жива.Она и мне-то позвонила только два раза за все это время. И на Тренинге она ни кого не подпускает к себе близко. Она всех боится — Малевича, Ренуара, тебя...