На белом пластике столика забытым Алисой угольком я воспроизвожу упоминания о шахматах, которые встретились мне за последние пару дней.

Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

На главную




Страница 192

— А в чем тогда? — пытаюсь я разобраться.

— Охотник и фазан, — пробует объяснить девочка. — Тренинг заставил его свыкнуться с мыслью о том, что он — охотник. А благодаря сигналу Шагал вспомнит, что он такой же фазан, как и другие, а охотником выступает не человек, а Тренинг. Понимаешь, о чем я?

— Почти. Как только я позвоню ему, мы уйдем отсюда.

— Я готова, — она действительно готова.

Я набираю номер.

— Только эти слова, ничего больше, — шепчет Алиса.

— Да, — слышу я сонный голос Шагала.

— Каждый охотник желает знать, где сидит фазан, — отчетливо произношу я в ответ.

— Идем, — говорит девочка, и мы быстро покидаем квартиру, в которой когда-то жила наша с Алисой общая любовница, Татьяна Яблонская.

Немного символов

В номере по моей просьбе поставили компьютер — я сижу за его клавиатурой, Алиса смотрит телевизор. Еду мы заказываем по телефону, из гостиничного ресторана все доставляют на удивление быстро. Сегодня я выходил на улицу только один раз — позвонить Ван Гогу.

Страница 192