Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

На белом пластике столика забытым Алисой угольком я воспроизвожу упоминания о шахматах, которые встретились мне за последние пару дней.

На главную




Страница 193

Последняя глава дневника почти закончена. Зачем я это делаю? Ради вангоговских денег? Не только. Я хочу знать, чем закончится мой текст, как это ни парадоксально.

Ван Гога я застал у Шагала дома. Винни разговаривал очень скованно - видно, поблизости находились следователи. Он сразу же спросил, звонил ли я по тому номеру, который он мне вчера дал.

— Да, — честно ответил я.

— Тогда все ясно, — произнес Винни и попросил меня позвонить через час.

— Как думаешь, оставил Шагал последнюю записку? — говорит вдруг Алиса, перекрикивая вопящий телевизор.

— Сделай тише, — прошу я. — Должен был оставить.

— И что там написано? — спрашивает она.

— Вариантов не так уж много. Ты, я и Ван Гог. Никого не забыл?

Алиса всерьез задумывается.

— Может, и забыл, — произносит она. — Мне кажется, что Тренинг гораздо шире, чем пытался казаться. Если Шагал оставил записку, там — твое имя.

Страница 193