— Ван Гог оставил. Ты просил — оружие и деньги.

Он замер. Пистолет в правой руке, побелевшие пальцы левой вцепились в кресло.

Я должна сказать ему название. И я говорю.

— Запах шахмат.

— Как глупо звучит, — отвечает Дюрер, поднося пистолет к уху, хлопок, и его голова раскалывается.

Я закуриваю, рука дрожит. Тут же тушу сигарету, вспомнив о ребенке — я ощущаю его сейчас каждой клеткой, словно смерть отца заставила его сердце биться быстрее.

Звонят в дверь. Это пришел Лотрек за файлом и уборщики, чтобы унести труп. Нужно сказать им, чтобы кресло тоже забрали.