— Кровь бычья? — как на допросе спросил Пикассо. — Подсунешь свиную - убью.

— Что ты, Паблик, да как можно! — еще больше засуетился мясник, отчего долго не мог закрутить крышку канистры, — Самая натуральная бычья кровь, Паблуша, самая натуральная!

Наконец, канистры были закрыты, Пикассо расплатился, и мы вышли на улицу.

Пока нас не было, Роден и Миро извлекли из багажника картонный ящик с водяными пистолетами. Их быстро заполнили кровью и раздали, каждому по два. Пикассо продемонстрировал мне большой пластиковый автомат, с дула которого свисала длинная багровая капля.

— Пистолеты — это не для меня, — сказал он. — В них крови помещается как в пипетке.

Когда все спрятали "оружие", мы снова запрыгнули в машину, и на этот раз рядом со мной оказался Роден.

— А куда мы теперь едем? — спросил я его.