Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

Там клеточки и шахматные фигурки, — вспоминаю я (давно не обращаю внимания на шахматы вокруг, я уже к ним привык).

На белом пластике столика забытым Алисой угольком я воспроизвожу упоминания о шахматах, которые встретились мне за последние пару дней.

На главную




Страница 87

Девушек было четверо, нас пятеро. Так получилось, что я оказался один в ванне с холодной водой. Я качался на волнах, заплывая все дальше, и с проходивших мимо яхт мне салютовали яркими флагами.

— Здесь занято? — женский голос.

Голая девочка лет шестнадцати, с торчащей грудью и плоским животом, забрызганным спермой.

— Залазь, — предлагаю я.

— Холодная! — ежится она, опускаясь в воду рядом со мной. При этом ее нога касается моей.

— Я добавлю горячей.

— Ты кто? — спрашивает она.

— В смысле?

— Их я всех знаю, — она кивает в сторону комнаты, где, судя по звукам, набирала обороты странная оргия. — А тебя вижу в первый раз.

— Я — писатель, — говорю я.

— Что же ты пишешь?

— Детектив.

— Я читаю иногда детективы, — призналась она. — А о чем твоя книга?

— Сложно сказать, — признаюсь я.

Страница 87