Однако преемники Филидора смотрели на дело иначе, ибо после его смерти оказалось очень мало приверженцев его пешечной теории, которая не получила дальнейшего развития. И причина этого вполне понятна. Систематическое применение принципов Филидора приво-дило к закрытым позициям, очень редко создававшим почву для шахматных "красот". Обыч-но дело сводилось к долгому и бесплодному лавированию, пока один из противников не на-ходил случая немного усилить и продвинуть вперед свою пешечную фалангу, после чего снова начиналось однообразное маневрирование. В общем — крайне стесняющая вдохновение игра. Не удивительно поэтому, что величайшие мастера начала XIX века, как например, Ла-бурдоне, Сент-Аман, Макдоннель и др., предпочли другие пути, ведущие к открытой и богатой комбинациями игре. Это послужило весьма на пользу развитию шахматного искусства. В са-мом деле, хотя метод Филидора приводил во многих случаях к отличным результатам и, рассматриваемый с объективной точки зрения, он безусловно заслуживал рекомендации, все же романтический элемент в шахматах т. е. самая привлекательная сторона их, слишком при этом оттеснялся на задний план.