— Ты знал, что я с ними, — отвечаю я. — Знал с самого начала.

Он встряхивает головой, словно отгоняя от себя ненужную мысль.

— Ладно, какое это имеет значение! — он бросает дискету на кровать рядом со мной. — Держи.

— Я проверю файл, хорошо?

— Пожалуйста, — он уже собрался уходить, но снова садится. — Кстати, кокаин тебе не нужен? Тогда я его заберу.

"Времени еще много, и я решаю заехать на Печерск за кокаином", - перечитываю я последнюю фразу в тексте.

— Зачем это нужно? — спрашивает Дюрер. — Я имею в виду этот текст.

— Это — апокриф, — говорю я.

Сейчас ему уже можно говорить что угодно. Даже правду.

Дюрер смотрит на меня так, словно я только что выдала свою неизлечимую душевную болезнь.

— Твой текст рассказывает о жизни и смерти всех участников Тренинга, - страница за страницей открывала я ему правду. — Тренинг — это идея, его не существует и никогда не существовало в общепринятом смысле этого слова. Для успешности Тренинга необходимо, чтобы все его участники тоже стали идеей. И это произошло, — я провела пальцами по монитору компьютера.